ЕВАНГЕЛИЕ О БОГЕ СРЕДИ РАЗБОЙНИКОВ. СТРАСТНАЯ ПЯТНИЦА. НИКОЛАЙ СЕРБСКИЙ.

Тициан. Христос и Вор на Голгофе, 1566

Великий Пяток. Евангелие о Боге среди разбойников

Христос на Голгофе! Спаситель на Кресте! Праведник в муках! Человеколюбец, убиенный людьми! Имеющий совесть да устыдится! Имеющий сердце да плачет! Имеющий разум да разумеет!

С чем сравнить это событие, таинственное, как бездна, тяжкое, как земля, страшное, как ад? С каким из миллионов повседневных событий в пространной вселенной, которые видят наши глаза и о которых слышат наши уши, сравнить это не имеющее имени злодеяние на Голгофе? С агнцем ли среди голодных волков? Или с невинным младенцем в пасти змеиного царя? Или с матерью, окруженною сумасшедшими сыновьями и дочерьми? Или с мастером, попавшим в им самим созданную машину и разрубленным на куски механизмом сей машины? С Авелем ли, коего брат убил? Но то больший грешник убил меньшего грешника, а здесь злодеяние совершено над Безгрешным. С Иосифом ли, коего братья продали в Египет? Но то грех против брата, однако не против благодетеля; а здесь грех против Благодетеля. С праведным ли Иовом, тело коего сатана превратил в гной, и смрад, и пищу червей? Но то злобный сатана ополчился против творения Божия, а здесь творение ополчилось против Творца. С дивным ли Давидом, на коего восстал сын его Авессалом? Но то малое наказание Божие за великий грех Давидов, а здесь Праведник, Праведник, величайший Праведник подвергается величайшим, величайшим мукам!

ДНЕВНИК МОЛИТВЕННЫХ ОПЫТОВ ХУДОЖЕСТВЕННО-ДЫХАТЕЛЬНОЙ МОЛИТВЫ ИИСУСОВОЙ. ИЕРОМОНАХ СИМОН (БЕЗКРОВНЫЙ).

«Всё мимо идет – и хорошее,
и худое, – а ни человеки,
ни бесы не могут сделать
того, чего Бог не попустит»
Свт. Игнатий Брянчанинов

Опыт первый
РОЖДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

«От жизни до смерти один шаг», пишет праведный Иоанн Кронштадский. Человек, как только рождается, начинает свое неотвратимое движение к смерти, а его силы начинают истощаться. Невежественное непонимание драгоценности сил человеческих, полученных в дар от Бога, приводит к их быстрому и полному истощению. Юность только тратит, бездумно и бурно растрачивая их, а старость скупо и мелочно пытается сохранить последние остатки своих сил. Поэтому обуздание страстей изменяет жизнь в лучшую сторону и продлевает ее. И простец, и ученый – оба должны смириться, чтобы спастись. Поэтому смирение в послушании старцу – наука из наук. Невежда неучен, ученый – образованный невежда. И тот, и другой слепы разумом, так как сердца их ослеплены миром. Старец просвещен Духом Святым, поэтому он есть действенное лекарство от слепоты духовной.

ОБ УМНОЙ ИЛИ ВНУТРЕННЕЙ МОЛИТВЕ. ПРЕПОДОБНЫЙ ПАИСИЙ ВЕЛИЧКОВСКИЙ.

преподобный Паисий Величковский

Сочинение блаженного старца схимонаха и архимандрита Паисия Величковского настоятеля Нямецкого и других монастырей в Молдавии и основателя Русского Ильинского скита на Афоне.

Предисловие старца Паисия

Дошел слух до меня последнего, что некоторые из монашеского звания ¹ дерзают хулить Божественную, приснопамятную и Боготворную Иисусову, умом в сердце священнодействуемую молитву, созидая таковое свое языкоболие на песце суемудрия без всякого свидетельства. Вооружает их дерзаю сказать, на это враг, чтобы их языками, как своим орудием, опорочить это пренепорочное и Божественное дело и слепотою их разума помрачить это мысленное солнце. Поэтому, оплакав такое зломудрие этих заблуждающих от чрева и глаголющих лжу (Псал. 57, 4) и опасаясь, чтобы кто-нибудь из неутвержденных в разуме слыша такие их баснословия не впал в подобный им ров злохуления, и смертно не согрешил пред Богом, похулив учение премногих Богоносных отцов наших, свидетельствующих и учащих о сей Божественной молитве из просвещения Божественной благодати, к тому же и не терпя более слышать хульные речи на это пренепорочное делание, и в добавок убеждаемый просьбою ревнителей этого душеспасительного делания, – решился я хотя это и превышает немощный мой ум и слабые силы, призвав на помощь сладчайшего моего Иисуса без Которого никто не может что-нибудь делать, в опровержение лжеименного разума пустоумных и на утверждение Богоизбранного стада о имени Христовом собравшихся, в нашей обители братий, написать мало нечто о Божественной умной молитве выписками из учения святых отцов, для твердого, непоколебимого и несомненного о ней удостоверения.

МОЛИТВЕННОЕ ПРАВИЛО СХИМОНАХИНИ АНТОНИИ, ДАННОЕ БОГОРОДИЦЕЙ, ЗА МЛАДЕНЦЕВ, УБИЕННЫХ ВО ЧРЕВЕ.

Как-то повстречалась мне престарелая странница.

— Как и чем живёшь, матушка? - спрашиваю ее...

— Да чем Господь пожалует, да что люди подадут, - отвечала она.

— А где же дом твой? Есть ли родные?

— Да, был и дом, были и родные. Но совершила я страшный грех - погубила, убила младенца своего во утробе своей, аборт сделала...

И поведала ветхая странница мне свою историю.

— Не было с этого дня мне покоя... Тяжко, тяжко, муторно на душе, никакой радости, тоска и боль невыразимая... Взмолилась я к батюшке нашему: «Помолись, батюшка, о чаде моём, во утробе убиенном, нет мне покоя...» А батюшка мне говорит: «А ты всё сделаешь, что скажу тебе? Всё выполнишь, о чём вразумит меня Господь, когда за тебя в молитве вопрошать буду?» - «Всё, всё, батюшка, что скажете, то и сделаю», - отвечала я ему...

О ПРАКТИКЕ УМНОЙ МОЛИТВЫ. ЕФРЕМ ФИЛОФЕЙСКИЙ, АРИЗОНСКИЙ (МОРАИТИС).

О практике умной молитвы

1

Когда мы жили в пустыне, наше бдение начиналось с заходом солнца и продолжалось до самых утренних часов.

Наш блаженный старец Иосиф, преподавая нам обязанности монашеского жительства, настаивал на практике умной молитвы. Подобно тому как его собственная жизнь была постоянным понуждением себя на молитву, так и в отношении нас он настаивал, чтобы мы понуждали себя, сколько можем, дабы утвердить в глубине ума и сердца имя Господне, которое есть краеугольный камень всего духовного строения.

После сна, говорил нам Старец, ум человека свеж и чист. Как раз тогда мы должны, как первую духовную пищу, дать ему имя Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.

Но диавол, зная об этом, с момента нашего пробуждения спешит, как молния, посеять свои плевелы лукавых помыслов, чтобы жернов памяти начал их перемалывать и звук его вращения был как бы диавольской молитвой.

ОБ УМНОЙ И СЕРДЕЧНОЙ МОЛИТВЕ.

Об умной и сердечной молитве

1

Молитесь, прошу вас, по завещанию апостола Павла: Непрестанно молитесь (1 Фес. 5, 17). Святые отцы говорят: «Если ты богослов, ты молишься хорошо, и если ты хорошо молишься, то ты богослов». Действительно, святые отцы пустыни учат, что посредством различных телесных подвигов, делания и созерцания, нравственного и духовного любомудрия, трезвения и молитвы ум человека очищается, просвещается и совершенствуется и впоследствии получает дар богословия, не рассудочного богословия, которым занимаются богословы в университетах, а богословия, происходящего и струящегося из Божественного источника, откуда поистине вечно проистекают реки Божественного богословия.

Святые отцы говорят, что отступивший от Бога ум становится либо скотоподобным, либо звероподобным. Напротив, через молитву, наипаче же умную, ум становится боговидным и озаряется Божественным сиянием.

От молитвы зависит спасение человека, потому что молитва приближает его к Богу и соединяет с Ним. А когда человек с Богом, тогда он не сбивается с нравственного пути, потому что следит за каждым своим шагом. Несмотря на нашу осторожность, диавол не прекращает нас подкарауливать, чтобы, застигнув в час немощи, увлечь на свою дорогу, которая всегда очень круто идет вниз.

О ТРЕЗВЕНИИ И ОБ УМНОЙ И СЕРДЕЧНОЙ МОЛИТВЕ.

О трезвении

1

Времени мало, и неизвестно, когда оно иссякнет. Поэтому будем подвизаться и внимать себе и изгонять с гневом и сильной молитвой всякий плохой помысл. Если же прольем и слезы, то получим большую пользу, потому что слезы очищают душу и паче снега всю ее убеляют. Станем мужественно, потому что брань наша против сил тьмы, которые никогда не переходят на нашу сторону, никогда не ослабляют своих атак. Посему восстанем и мы и не будем предаваться дреме, потому что перед нами опасность для жизни вечной. Если проиграем, то потеряем свою душу, лишимся вечного наслаждения и радости в Боге и будем осуждены на вторую смерть, которая есть вечное отлучение от Бога, чего да не будет.

Трезвясь же, будем бдеть над помыслами, потому что начало падений – от помыслов. Итак, начало помыслов станем поборать мужественно и не будем позволять им из-за нашего нерадения утвердиться в нас, но сразу по их пришествии изгоним мечтание и разгневаемся на них, взяв меч духовный, который есть слово Божие, то есть: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя». Когда же мы взываем к сладкому Иисусу, Он сразу приходит к нам на помощь, и демоны тут же удаляются. Но будем молиться не нерадиво, а горя духом, из глубины взывая: «Наставник! Спаси меня, погибаю» (См.: Лк. 8, 24; Мф. 8, 25). Труд небольшой, если подвиг мы предпринимаем сразу же. Но если мы оставим помыслы и они укрепятся, тогда тяжек подвиг, тогда часто терпим мы поражение и получаем раны. Но когда мы восстанем и воззовем, тогда снова приходит добрый Кормчий Иисус и ведет наш корабль в тихую и безоблачную пристань.

О ВНУТРЕННЕМ ДЕЛАНИИ, МОЛИТВЕ, САМОУКОРЕНИИ, ОСУЖДЕНИИ И ПОМЫСЛАХ. ИОАНН АЛЕКСЕЕВ.

Валаамский старец схиигумен Иоанн (Алексеев) (1873-1958)

07.06.1954

[О внутреннем делании, молитве, самоукорении]

Боголюбивейшая раба Божия Т.!

Я писал тебе, как исполнять молитвенное правило в семейной жизни, а теперь пишу о духовной жизни.

Преподобный Агафон сказал: «Духовная жизнь подобна дереву: телесный труд, подвиг – листья, а душевное делание – плоды». Писание говорит: «Всяко убо древо, еже не творит плода добра, посекаемо бывает и в огонь вметаемо» (Мф.3:10). Вообще телесные подвиги не как добродетель, а средство, или пособие, к добродетели. Если не будет плодов: любви, радости, мира, долготерпения, благости, милосердия, веры, кротости, воздержания (см.: Гал.5:22), – тогда всуе будут телесные подвиги. Преподобный Варсонофий Великий сказал: «Если внутреннее делание по Богу не поможет человеку, то напрасно он трудится во внешнем».

Очень немногие знают, в сущности, о духовной жизни, и застревают на букве, убивающей дух: не коснися, ниже вкуси, ниже осяжи [Кол.2:21].

Святой Максим Исповедник сказал: «Вмале [немного] упражняйся во внешнем делании, но все силы употреби на внутреннее делание». Святой Иоанн Лествичник говорит: «Весьма развратился нынешний век и весь стал преисполнен возношением и лицемерием: труды телесные, по примеру древних отцов наших, может быть, и показывает, но дарований их не сподобляется, хотя, думаю я, естество человеческое никогда так не требовало дарований, как ныне. И справедливо мы это терпим, потому что не трудам, но простоте и смирению являет Себя Бог». Святой Исаак Сирин говорит: «Если будешь трудиться в прекрасной добродетели и не почувствуешь от нее помощи, то не дивись. Ибо пока не смирится человек, не получит награды за свое делание. Награда дается не за делание, но за смирение».